Только открыл дверь в кабинет, сразу звонок. Коля Патрушев, любимый мой ученик: надо встретиться. Безотлагательно. Но не у тебя и не у меня... Предосторожности странные. Или я за время отпуска отстал от событий? Встаю – и тут вырастает на пороге Владислав Сурков, наш гений пиара.
– Поговаривают об отставках на самом высоком уровне, – Слава находит в себе силы, чтобы улыбнуться. – А как твое мнение, Питирим? Будут, нет? И когда?
Заглянул ему в глаза, а там беспокойство, неуверенность. Вот оно что! Здесь все убеждены, что 19 силовиков, отставленных президентом, – только начало. Все на нервах.
– Все возможно, Слава. Сам понимаешь, вертикаль выстроили, теперь все в воле одного человека. Даже за твою судьбу не поручусь.
– А что я? О моем аресте, – смеется чуть натянуто, – еще в начале 2004 года раструбили. И ничего. До сих пор на свободе. И вообще – в 2007 году парламентские выборы, а коней на переправе не меняют.
– Претензии к тебе накопились. Говорят, ты монополию "Единой России" блюдешь, Миронова и с его партийцами третируешь. С выборов кого ни попадя снимаешь. Страшно сказать – мнение президента игнорируешь!
– Да я же перед активом Партии жизни выступал, это же я им второй ногой стать предлагал! А президент... это вообще святое!
– Не знаю, не знаю.
– Может, что-то можно сделать?
– Сделать, – вздыхаю, – уже ничего нельзя, остается только ждать.
Встал он и – надо же! – в дверях столкнулся с Игорем Сечиным. Нет слов, чтобы описать, какими взглядами обменялись ребята! Вольтова дуга!
Сечин у меня редкий гость. Не доверяет никому, даже мне. К президенту близок. Что я ему? Что нам Гекуба, что мы ей?
– Ладно, Питирим, недооценивал я тебя. Виноват. Но сейчас ответь мне: ограничится все удалением Устинова, родственника моего любимого, из Генпрокуратуры, или дальше процесс пойдет? И, не дай бог, нас всех коснется?
Я честен, прям, принципиален, проницателен.
– Этого, Игорь Иваныч, знать никто не может. Может, коснется, а может, и пронесет...
С Патрушевым встретились на Моховой, возле старого МГУ, там, где памятник Михал Васильичу. Затерялись среди студентов. Им Патрушев по барабану, а меня вообще в лицо никто не знает.
– Как, Питирим Игнатьич, думаешь, – шеф ФСБ переходит на шепот, – я или Черкесов? Не сидится ему в Наркоконтроле, рвется вверх.
– Твоя ситуация, Коля, мне меньше всего нравится. С сыном ты поторопился, ошибку сделал. Не вовремя его в "Роснефть" двинул. Вроде бы слабину дал. Все решили, что ты перед уходом родственников пристраиваешь. Что морально к отставке готов... Так готов?
Молчит он, сам не знает.
Да, как-то вдруг, одновременно все прокололись. Как там пела Алла Борисовна? "У меня есть три желанья, нету рыбки золотой". "Три кита" у них есть, а желаний – прорва.
Вечером приехал к себе в Рыбаки, гуляю вокруг дома, дышу воздухом, размышляю. Логику президента пытаюсь представить. Он ведь, самый человечный человек, на свалку истории людей не выкидывает.
Значит, так: Патрушева из ФСБ – в Совбез, Черкесова – на ФСБ, Иванова Игоря из секретарей Совбеза – представителем в ООН, Виталия Чуркина, которой сейчас в ООН, – в МИД, в замы Лаврову... Хотя нет, Чуркина – послом в США, его ведь в перестройку Добрынин с собой в Москву, в ЦК, из Америки вывез. А уж нынешнего посла, не помню, кто там у нас, – в замы Лаврову...
А может, Сечина и Суркова местами поменять? Как Устинова с Чайкой? Да нет, как говорят в Одессе, вчерашняя хохма – уже не хохма. А если Сечина – председателем Совета директоров чего-нибудь? Той же "Роснефти"? Как Волошина, освобожденным? А Славу Суркова – вице-президентом какой-нибудь нефтяной компании. В нефтяном бизнесе тоже есть уголок для пиара. Зарплата в миллион долларов в месяц его, конечно, не утешит, но все же, все же... И вот еще – Шувалова пора вверх двигать. И Козак в Южном округе засиделся.
Тридцать пятый круг вокруг дома. А может, Сечин – посол в Бразилии? А что, Игорь Иванович бразильскими делами еще в Питере занимался. "Путь в Рио" – это звучит! А Суркова – на Гостелерадио... или как это теперь называется?
Есть варианты, есть. Хотя, может, не ломать голову, а просто сменить воду в аквариуме? Тем более – вспомним Аллу Борисовну – нету в этом аквариуме золотой рыбки, нету.
А ночью проснулся – будто с глаз пелена спала: не надо аппаратных войн, не надо отставок! Надо всех объединить! Как? Выпустить Ходорковского, вернуть ему "Юганск" – и пусть сомкнутся наши ряды против общего врага! Точно, с этим завтра же к президенту, не медля ни дня, пока еще не приняты суровые, необратимые решения...
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны.
