Организаторы строго следили за соблюдением санитарных норм и напоминали посетителям о правильном ношении масок — многолюдность и гуманистический характер мероприятия обязывали. Аудитория собралась в основном молодая, много студентов, но были люди всех возрастов, приходили и семьями.
Встречу открыла Екатерина Шульман, рассказав, почему важно подписывать открытки политзаключенным. Она напомнила, что это не только моральная поддержка для заключенных, но и своеобразная "охранная грамота".
"Открытка не накормит, открытка не согреет, открытка, как нам кажется, не защитит", — иронично подметила Шульман, объясняя, зачем нужно участвовать в таких мероприятиях.
При этом, подчеркнула Шульман, открытки напоминают человеку, что он "не один, он не забыт, что люди не просто его помнят, они его одобряют".
"Ему сообщают, что о нём помнят, его знают, о нём заботятся и он — хороший. Это очень важно, в этой ненормальной ситуации, в которой находится лишенный свободы человек, сохранить свою базовую адекватность", — пояснила Шульман.
Она добавила, что любая "закрытая система состоит из своей изолированности".
"Самое ужасное, что происходит, происходит в закрытых образованиях. Любая самая слабая обратная связь, намёк на обратную связь, освещение, что их видят снаружи, очень сильно меняет сознание и поведение тех, кто там внутри находится. Действительно, как говорят занимающиеся заключенными НКО, около 75% людей не имеют никакой связи с внешним миром", — рассказала политолог.
Это приводит к тому, что сохранившие связи "отличаются от всех остальных".
"Эта невинная, бесполезная открыточка — могучая охранная грамота. В особенности если она не одна пришла, если они приходят регулярно. Для тех, кто их получает, — это знак, что их помнят. Для тех, кто их "охраняет" и "имеет с ними дело административно", — это знак того же самого. Если что-то случится, это станет известно снаружи. На этого человека обращено внимание", — объяснила Шульман пользу открыток.
Она рассказала, что сама подпишет открытки ректору Шанинки Сергею Зуеву и фигуранту "московского дела" Эдуарду Малышевскому, с которым её "свела судьба" в ОВД "Тверское" летом 2019 года.
Организаторы использовали список политзаключенных от правозащитного центра "Мемориал", самого признанного иноагентом и оказавшегося под угрозой уничтожения.
На столах лежали списки с фамилиями и краткой историей дел. Можно было и использовать бот "СВОБОТ!" в Telegram. Он предлагал случайного политзаключенного из трёх категорий: "за политику", "за веру" и "именинники".
В этом боте Екатерине Шульман выпал знаменитый якутский шаман Александр Габышев.
Как верно отметил Миняйло, самое сложное — это подписать первую открытку. До этого вечера я не отправлял политзекам писем или открыток. Трудно было подобрать действительно верные и уместные слова. Что можно написать, что не заденет, что пройдет цензуру? Советовался с друзьями, слушал других людей. Посоветовали писать просто и искренне, пусть и банально, но избегая политических тем. Риск цензуры.
В "СВОБОТе" мне выпал видеоблогер Андрей Пыж, ставший жертвой шпиономании российских силовиков. Также удалось подписать открытки историку Юрию Дмитриеву, фигурантке "дворцового дела" Ольге Бендас и журналисту Ивану Сафронову.
Открытки, кстати, тоже было не так просто выбрать. Все красивые, на многих работы самих политзаключенных. К примеру, одну из открыток я выбрал с картиной Виктора Шура — осуждённого за "госизмену".
Скорый Новый год и участие Шульман обеспечило аншлаг и рекордное количество подписанных открыток — ровно 900, рассказал уже после Алексей Миняйло.
Глеб Корпи
Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны»)
Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
