Уроки "Крокодила"

В числе домашних журналов мы всегда выписывали “Крокодил”. Разбирая антресоли, я нахожу номера 1962 – 64 годов, – яркие, цветные, с кукурузой, атеизмом и космосом на позитивных страницах.

Эти номера особенно приятно взять в руки, даже бумага осталась белой, с сочной цветной печатью, в отличие от желтеньких и ветхих номеров 70-х.

Время и домашние коты потрудились над внешним видом журналов, но даже с драными краями и в подтёках они мне интересны, как часть советской жизни.

Я никогда не задумывался об этом, но, возможно, интерес к гротеску и парадоксу родился из этих детских впечатлений. Без карикатур – как потом влюбиться в Эль Греко и Ван Гога?

В одном из номеров неожиданно нашёл “Трёх богатырей”, которых разрисовывал цветными карандашами в детском возрасте. Уже в эти времена стройный Гермес на картинке 1964 года казался мне особенно привлекательным.

В его “крылатом” мире на прилавках были виноград и телевизор, земные полушария были открыты для путешествий – и полуголые мужчины улыбались вам божественной улыбкой. ) Я не мог бы тогда этого сформулировать, но прекрасно помню свои чувства от обложки “Крокодила”.

Кстати, и парней в женском платье (а такое возможно?) я тоже увидел именно здесь. Заметка о том, кем же является “Лютнист” Караваджо (он мужчина или женщина?) понемногу вводила меня в мир гендерной неопределённости. В издательстве “Искусство” героя считали юношей, а искусствовед Антонова “лютнисткой”.

Я и сам пытался это понять, убеждаясь, что художник намеренно стремился к неопределённости и что “размытый” гендер – это тоже “классика”…

К заслугам “Крокодила” можно отнести то, что “негативные” герои мне казались сексуальнее “плакатных”. Рабочие в красных спецовках, “плоские, как доска – спереди и сзади”, не рождали никаких живых эмоций.

Режим не умел быть сексуально-привлекательным, подсовывая школьнику каких-то парней “из картона”. Зато “морпех” с рисунка графика Сойфертиса притягивал мой взгляд, неравнодушный к анатомии.

Похоже, что симпатии к солдатам блока НАТО – тоже заслуга журнала. )

*  *  *

Но “Крокодил” был не только альбомом, но и учебником политологии.

Интересно наблюдать, как менялась тематика разных эпох. “Партийная” сатира была зеркалом советских проблем, которые решал коммунистический режим в ходе своей деградации.

То, о чём нельзя было говорить открыто (тайные страхи режима) прекрасно читалось в сатире.

Перебирая номера по десятилетиям (60-е, 70-е, 80-е) это особенно ясно видишь.

Дело было не просто в низком качестве “плановой экономики”, “недоделках”, “браке”, “пьянстве”, “бюрократии” и “очковтирательстве”. Режим пытался решить экзистенциальные проблемы ценностей, выживая в конкуренции систем. И безнадёжно проигрывал – медленно, но верно.

Видно, как постепенно нарастает страх за молодёжь, которая в “западных майках” что-то бренчит в подворотнях. Всё злее (мрачнее) сатира на НАТО и “холодную войну”, на “диссидентов” и “клеветников” с “Радио Свобода”. Страх перед свободной информацией и потеря молодёжи – перетекает в депрессию, злобу, накал страстей.

Молодёжь “хиппует” на “хатах предков”, тянется к западным брендам и “красивой жизни”, виляет бёдрами, отпускает патлы – и плевать хотела на “стройки коммунизма”. Сатира выбивается из сил, – но ничего не может изменить.

Так ненавидеть молодёжь, как это делал “Крокодил” 70-х, можно только в приступе отчаяния.

Нарастание раздражения и депрессивности – заметный тренд сатиры, если листать журналы подряд.

Однако, номера 60-х – самые бодрые и позитивные. Голубые и зелёные обложки, с сочной цветной печатью, какие-то воздушные на вид.

Здесь ещё нет агентов ЦРУ с бутылкой “яда” за поясом, которые собираются в СССР под видом “туристов”. (Привет российским отравителям из ГРУ).

Это юмор победителей, уверенных в завтрашнем дне. Мы гордимся космосом, “юморим” о том, что “партийные ячейки” космонавтов (их уже трое) “рапортуют партии” с орбиты.. На одном из рисунков шеренги космонавтов шагают по Красной площади..

“Погляди с космической орбиты, / Наши горизонты широки. // Звёзды к небу чёрному прибиты, / Как дверные белые звонки. // Млечный мост поскрипывает робко, / Излученья снайперски остры. / Скоро мы нажмём рукой на кнопку / И войдём в межзвёздные миры!”

“Нажать на кнопку” – ещё не звучит зловеще, а “войти в миры” – ещё не означает “стереть в ядерную пыль”.

Забавно видеть на другой обложке 1982 года воплощённую мечту Илона Маска – автомобиль, плывущий в сторону Марса. (Маску как раз десять лет).

Тема атеизма – частый гость. Но насмешки над церквями и попами – добродушны и беззлобны. (Священник говорит прихожанке: “Опять опоздала на службу? А ещё комсомолка!”)

Но с уходом хрущёвского наследия (веры в близкий коммунизм) – в 70-х растёт раздражение и ощущение тупика. Экономика “сбоит”, планы не работают, а молодёжь уже не рада “жить при коммунизме”.

В рисунках брежневской эпохи видно, как система пытается решать свои проблемы. Из номера в номер мелькают карикатуры на “несунов”, бюрократов, прогульщиков и лодырей. В переводе на русский язык – это значит: люди тащат с работы всё подряд (в стране дефицит), не хотят работать за нищую зарплату (тунеядство, хулиганство и пьянство) и общественная собственность – их не мотивирует (прогульщики).

Главные герои застойных 70-х – это “несуны” и “алкоголики”, “хулиганы” и “хиппующая” молодёжь. “Маменькины сынки” на шее у богатых родителей (читай: дети партийной номенклатуры). “Вещизм” и тяга к “накопительству”. Погоня за “западным” образом жизни…

Плюс – западные санкции, проблемы с трубопроводом, “спортивные” войны, права человека..

В стиле “Крокодила” уже нет добродушного юмора: даже бумага желтеет, а в рисунках появляется довольно злой гротеск и “излом”.

В сатиру этих лет, казалось, проникает постмодерн. Красный Ленин на обложке рифмуется со словом “крокодил”, – и это не кажется странным. (Ленин – “крокодил”, но ещё не “гриб”).

Сатира бичует пороки, в победу над которыми сама уже не верит. Со страниц на вас глядят какие-то деграданты (патлатые стиляги, алкоголики, моральные уроды, и прочее “отребье”, которое невозможно представить в рисунках 60-х).

Зато в пику этому падению появляются какие-то плакатные рабочие с “конституцией” в руках, не имеющие к жизни никакого отношения. Чем более убогими выглядят герои советской жизни, – тем более “бумажными” и мёртвыми смотрятся “герои пятилеток”.

Жизнь дала трагическую трещину между реальностью и идеалом.

Зато махровым цветом расцветает “международная тематика”, Кукрыниксы брызжут ядом, “поливая” “агрессивный блок НАТО”, “американскую военщину”, “ястребов из Пентагона”, “язвы империализма” и прочую “нечисть”.

Особо достаётся “клеветникам” с различных “голосов”, которые на деньги ЦРУ “квакают” из европейского “болота”. ))

Это та эпоха “застоя”, когда режим начинает проигрывать не только в гонке вооружений, но и в пропаганде. Несмотря на “глушилки” она уже не работает.

Можно сказать, что именно в 70-е СССР окончательно проиграл битву за мозги, за образ будущего и войну ценностей. С этого момента он просто доживал унылые годы “старости” до полного развала.

Все эти “злобные” горы ракет, спутники-шпионы, авианосцы и носатые генералы НАТО, которые заполнили обложки “Крокодила”, говорили о том, что СССР в глубоком кризисе.

Как ни странно, причину поражения можно найти в одном из рисунков Кукрыниксов, где музейный Аполлон целиком лишён мужского органа (видимо, по цензурным соображениям).

Тезис о том, что “в СССР секса нет”, был нарисован Кукрыниксами задолго до Перестройки. )

Советский режим, не имеющий “яиц”, был обречён на угасание.

Символичная деталь, говорящая о многом. Глубокое презрение к человеку с его природными потребностями (в свободе, праве выбора, имуществе, сексе, любви, отсутствии запретов) погубило систему, которая не смогла опереться на природную натуру человека.

Символично “отрезая” половые органы в интересах “морали”, режим подписывал себе смертный приговор.

Ну а то, что он приводится в исполнение не сразу – не должно смущать.

В ноябре 1982 года “Крокодил” умудрился воспроизвести траурную страницу “Правды” с портретом покойного Брежнева.

И это было “началом конца”. На обложке красовались шахтёры, космонавты и рабочие, готовые (сразу после похорон) внедрять “решения XXVI съезда КПСС”, – но это уже не имело никакого отношения к жизни. Это была картинка Смерти.

Авантюра с "новой конституцией" - была ещё одной судорожной попыткой подновить ветхую систему и "втюхать" усталому обществу хоть какой-то заряд оптимизма. Но это был дохлый номер. Жизнь навсегда ушла из советского организма.

Путинизм идёт по тому же пути, навязав идеологию и мёртвую “мораль” – человеческой природе, требуя – страданий, подвигов и жертвенности – вместо нормальной жизни.

Чем это закончится – мы уже знаем. Провалом конкуренции с Западом, обрушением системы и ненавистью к советской “морали”.

Впрочем, что-то из карикатур до сих пор актуально, – но уже относится не к Вашингтону, а к Москве.

Например, картинка про “урезание социальных расходов в пользу военного бюджета после выборов” – смотрится как родная. Или бодрячок “Новый год”, обвешанный планами “прорывов” – просто копия путинских посланий.

Разочарованный телезритель, который готов срубить антенну у себя на крыше – это как раз про “рейтинги” пропаганды и тошноту от ТВ.

Полицейский произвол, “военно-промышленный комплекс” и “ястребы” во власти – давно стали российскими темами.

Даже "драконовский" штрафной режим, отменивший свободу собраний под предлогом карантина, - узнаваем в карикатуре с видом перекрёстка ("Как заставить пешеходов соблюдать правила уличного движения"). Ничего кроме репрессий российское начальство не умеет.

Но мы знаем, чем это закончится. Чтение советского журнала – поучительное занятие, дающее заряд исторического оптимизма.

Я закрываю последний номер – и понимаю с облегчением: жизнь не обманешь.

Всё.. будет.. хорошо… )

Александр Хоц

Facebook

! Орфография и стилистика автора сохранены