Налог на свободу слова

Алина Витухновская:

"500 тысяч штрафа, присужденных судом Прокопьевой — это налог на свободу слова. Никаких трэшевых репрессий здесь не будет.

Затухающий проект "Путин" — это в первую очередь коммерческий проект. Даже возрождение СССР — обусловлено не столько идеологически, сколько примитивным автохтонным экономическим инстинктом. Который проистекает из коммунально-бытового понимания геополитики и экономики. Чем больше квадратных метров (земель) — тем больше выгоды на выходе.

Мы имеем дело со средневековым уровнем мышления, когда основной продукт производился силами крепостных и напрямую зависел от количества и качества обрабатываемой земли.

С этой точки зрения, Брежнев, которого неосознанно косплеит Путин — чистый традиционалист. Кстати, Брежневу очень подошел бы Дугин. Именно тогда он был бы уместен. Ну хотя бы выглядел модным.

Повторюсь, репрессии — это очень затратно. Путин бы рад их провести, но жадность не позволит. Ведь он тот Кощей, что над златом чахнет".

Михаил Беньяш:

"Всем кто сейчас будут поздравлять Прокопьеву со словами, что дескать "свобода лучше, чем не свобода", что "это не победа, но и не поражение", что "оправдашек в России не бывает и радуйся, что так" и что "ну ты же понимаешь...", таки вот. Всех этих поздравителей я от всего сердца хочу послать на***.

Невиновный должен быть оправдан. Любое другое решение кроме оправдания — это поражение.

Радость такому милостивому поражению — это радость раба.

Всё".

Тамара Эйдельман:

"Слава богу, Светлана Прокопьева не пойдет по этапу, но кому нужны такие издевательства над человеком и свободой слова? Только тем, кто хочет нас всех (и себя) погубить".

Виктор Шендерович:

"Самое трогательное, что Светлане Прокопьевой не вернули айфон и ноутбук — они изъяты как орудия преступления! Просто прибрал кто-то по-тихому.
"Десять бабок — рубль!"

Алексей Рощин:

"Ощущение от этого приговора такое же мерзкое, как и от всего "процесса". С одной стороны — конечно, хорошо, что ее не посадили (прокурор, напомню, запросил 6 лет реального срока). Но, с другой стороны, как-то тупо это — радоваться, что ни в чем не виновного человека не засадили в тюрягу, как убийцу или грабителя. А так — ничего хорошего: во-первых, признали виновной в том, что она "оправдывала терроризм", во-вторых — те санкции, которые на нее наложили, это в чистом виде "гражданская казнь".

Что такое 500 тысяч для такой депрессивной глубинки, как Псков? Это невероятные деньги. В тех местах зарплата в 25 тыс. рублей в месяц считается "хорошей", 40 тысяч — шикарной. В уж попадание в "список экстремистов" в наше время — похуже штрафа. В стране огромная часть населения живет буквально "от кредита до кредита", непогашенный кредит, по опросам, имеют более половины россиян. Светлану же фактически государство насильственно переводит в режим "только наличные" — для многих молодых людей ситуация не то что непривычная, а просто дикая и немыслимая.

Конечно, поднимется вой российской завистливой нищеты — мол, "она же с радио Свобода", ей "заграница поможет". Да еще петицию в ее поддержку подписали 150 тысяч человек. Если, мол, каждый из подписавших пришлет ей хотя бы 3 рубля, она почти выплатит штраф... Всё это, увы, так не работает. И радио "Свобода" никому не платит, кроме штатных сотрудников (а Прокопьева не в штате), и деньги люди присылают куда менее охотно, чем ставят подписи, и, к тому же — КАК она получит деньги, если она нигде не может открыть счет?

Уже объявили ее адвокаты, что приговор будут обжаловать. Об этом же говорил и Венедиктов, ее бывший работодатель. Безусловно, надо добиваться оправдания ВЧИСТУЮ — с выплатой всех компенсаций за моральный и материальный ущерб".

Егор Седов:

"О приговоре Светлане Прокопьевой.
1) Словом "победа" такое назвать ни в коем случае нельзя. Победой было бы оправдание — и выплата компенсаций.
А так — нет, не победа. Но отлично, что человек — на свободе.
2) Что могло бы стать окончательной победой? Полная ликвидация не только статьи, по которой судили Прокопьеву, но и всех до единой статей УК, идущих вразрез с конституционным запретом цензуры. Только так — и не иначе. Оппозиция может называться таковой, если поставит такую цель на одно из первых, если не на первое место.
И еще. Есть "черный список" Росфинмониторинга, туда Светлана Прокопьева включена. Этот черный список является:
— внесудебным наказанием;
— двойным наказанием.
Т.е. двойным нарушением законодательных принципов.
И вот на это тоже необходимо обратить внимание. И требовать отмены, разумеется.
3) Рано или поздно, но это будет осуществлено. И, кроме того, что Светлана на свободе, есть еще кое-что, что можно считать положительным — причем долгоиграющим положительным эффектом.
К финалу путинизма у людей будет такой высокий уровень аллергии на любую цензуру и любое запретительство, что ввести "политкорректную" цензуру, следуя западным образцам (а там где-то что-то уже есть, где-то к тому дело ведется благодаря манипуляциям с общественным мнением — Джоан Роулинг не даст соврать), просто не получится. Все это останется мечтами маргинальных группок "интеллектуалов" из столиц.
4) И сама Светлана. Человек не сдавшийся. Оказывается, так можно — и можно при этом не проиграть. И вообще, она — молодец. А еще — кошек обожает. ))".

Павел Чиков:

"Светлана Прокопьева остается в Перечне террористов и экстремистов Росфинмониторинга

Поскольку несколько человек интересовались, нужно пояснить. Человека вносят в Перечень террористов и экстремистов с момента подозрения в совершении преступления террористической и/или экстремистской направленности, с момента предъявления ему обвинения, с момента осуждения (в зависимости от ситуации по делу). Данные на него выставляет следователь. Росфинмониторинг лишь вносит в Перечень. После этого человек попадает в "черный список" всех банков и много еще куда.

Исключение из Перечня происходит автоматически по истечении одного года с момента исполнения уголовного наказания. В случае Прокопьевой, если приговор останется в силе после апелляционного обжалования, она будет еще год находиться в Перечне после оплаты штрафа".

Данила Александров:

"Сегодняшний приговор Светлане Прокопьевой незаконен и несправедлив, но хотя бы она на свободе. Радует, что иногда Дракону приходится отпускать жертв (чтобы набраться сил и подготовиться к новым нападениям). Апелляционная инстанция приговор вряд ли сильно изменит, но зато это будет шаг к ЕСПЧ и материальному наказанию организаторам позорного судилища.

А вот Стомахину в свое время повезло несопоставимо меньше. И те, кто молчал (или наоборот бурно радовался) тогда, внесли огромный вклад в то, чтобы подобные дела за мыслепреступления были поставлены на поток".

Екатерина Шульман:

"Отдельная моя классовая боль — это страшная индустрия экспертизы в интересах обвинения. Надо понимать, что все "идеологические" уголовные и административные дела обосновываются с помощью экспертиз, показывающих наличие в театральной постановке — мошенничества или явного неуважения к обществу, в текстовой колонке — оправдания терроризма, в ютьюб-ролике — призывов к осуществлению экстремистских действий, в надписи на заборе — неуважения к власти. Делают экспертизы не следователи и не полицейские, а наши с вами коллеги — преподаватели, люди с учеными степенями. Образованные люди, употребляющие своё образование на службу злу, принадлежат дьяволу безраздельно, ибо ведают, что творят. Профессиональное сообщество должно этот факт осознавать.

Дело Светланы Прокопьевой покоится на двух экспертизах: психологической и лингвистической, сделаны обе в Абакане, столице Хакасии. Кандидата психологических наук зовут Ольга Леонидовна Якоцуц. Когда Светлана Прокопьева написала об этом у себя в фейсбуке, эксперт подала на неё в суд. Сумма иска, что интересно, — 500 тыс. рублей.

На картинке — динамика выручки ООО Консорциум, оказывающего социальные услуги, которое Якоцуц возглавляет последние шесть лет. "Сложно измерить личный вклад Ольги Якоцуца в развитие компании ООО "КОНСОРЦИУМ" (ИНН 1901114291), сделанный за 6 лет в качестве руководителя", сообщается на рейтинговом сайте. Она дважды баллотировалась в Верховный совет Хакасии — сперва от ЕР, потом от Патриотов России, оба раза, насколько я понимаю, неудачно.

Лингвистическая экспертиза принадлежит перу Юлии Сергеевны Байковой (почему-то в большинстве медиа-источников её фамилию пишут неправильно), учителя русского языка и литературы школа №25, кандидата филологических наук, внешнего сотрудника (что бы это ни значило) Хакасского госуниверситета. Когда начался шум вокруг процесса Прокопьевой, университет поспешил откреститься от эксперта, публично подчеркивая, что она у них на самом деле не работает.

На картинке — её профиль на портале работников образования. Палата № 6 — хорошее произведение, его полезно перечесть в целях самообразования и повышения квалификации. От боли он укусил подушку и стиснул зубы, и вдруг в голове его, среди хаоса, ясно мелькнула страшная, невыносимая мысль, что такую же точно боль должны были испытывать годами, изо дня в день эти люди, казавшиеся теперь при лунном свете черными тенями. Как могло случиться, что в продолжение больше чем двадцати лет он не знал и не хотел знать этого? Он не знал, не имел понятия о боли, значит, он не виноват, но совесть, такая же несговорчивая и грубая, как Никита, заставила его похолодеть от затылка до пят".

Леонид Лялин:

"идет россия твёрдым курсом
растет цена любых свобод
и курс свободы нынче тысяч
пятьсот".