Дружба дружбой

Минувшая неделя — короткая передышка между массовыми уличными акциями, как за честные выборы, так и против "оранжевой чумы". В эти дни блогеры обсуждали ролик актрисы Чулпан Хаматовой, оказавшейся в списке так называемых доверенных лиц Путина, и появившиеся шансы на смягчение жесточайшего приговора "смоленской заложнице" Таисии Осиповой.

"Могу поблагодарить товарищей и поздравить с временной победой по делу Осиповой, обвиненной в продаже наркотиков другоросски, — пишет правозащитница Анна Каретникова. — Сложно сказать, что общественное мнение "не работает", но вот как оно работает, для меня вопрос. Нет, сначала все ясно, дело приобретает резонанс в "первых кругах" — Интернет, многонедельная эстафета "сидения у камня за Таисию Осипову", включение ее в список политзэков, передача списка в администрацию президента. Акции, а за ними и проблему Осиповой начинают освещать сетевые СМИ.

Следующий неизбежный этап — СМИ бумажные, а если повезет, и ТВ. И вот кто-то уже озвучивает проблему на встрече с Медведевым, тот отзывается, что наказание, мол, чересчур строгое, а дальше происходит непонятно что: то ли судья с прокурором смотрят телевизор и понимают, как глубоко ошибались, то ли они ничего не смотрят, а им просто звонят ответственные лица по телефону.

Вот этот этап я не знаю, поэтому описать затрудняюсь, но сомнения в независимости судей и прокуроров у меня велики. Но что-то происходит, и дело отправляется на пересмотр с указанием на грубейшие нарушения законодательства. И прокуратура просит уже не десять лет, а всего-то четыре. И тут можно сказать: во всем происшедшем есть и наш вклад, всех, кто боролся за Таисию и эти грубейшие нарушения предавал гласности. Спасибо всем озвучивавшим в Интернете, сидевшим у камня, относившим списки, устроившим автопробег до Смоленска.

Общественное мнение участвовало и победило".

"Приговор отменили. Но Таисию не оправдали, — пишет ее супруг Сергей Фомченков. — Будет новый судебный процесс, а она продолжит сидеть в тюрьме. С учетом запрошенного прокурором срока и уже отсиженного года и трех месяцев под стражей было бы логично отпустить ее на время нового судебного процесса под подписку о невыезде или под залог.

Прокуратура также сдала свои позиции под натиском общественного мнения, переквалифицировав обвинение на более мягкое. В практике российского правосудия это означает признание стороной обвинения. В Смоленск на суд приехали политические и гражданские активисты, масса журналистов. В зале заседаний все не уместились, большая часть приехавших сидела в коридоре суда и на улице в машинах. К суду собрались все оперативники города и привезенные члены прокремлевских организаций. Двое "нашистов" встали в зале суда и стали кричать: "Осипова — наркоторговка!", после чего убежали. В зал суда смогли попасть даже не все оперативники ЦПЭ. Те из них, кто остался в коридоре все заседание суда, игрались со своими мобильниками.

А Таисии опять придется пройти все круги ада. Радоваться рано".

"Где-то за неделю до публикации я узнал, что Чулпан Хаматова снялась в ролике в поддержку Путина, — пишет опальный предприниматель Евгений Чичваркин. — Они сначала отказались, но звонил Песков, звонили из Сбербанка и из администрации президента, говорили, что прекратят делать отчисления, если они не будут участвовать. Также звонили разные люди и достаточно жестко пугали, что разгромят ее фонд, если она откажется. Я сказал, что фонд — это не коммерческое предприятие, это не "Евросеть", это не "ЮКОС", никто его не разгромит, тем более перед выборами, тем более в такой сложной политической ситуации. Сказал, что считаю это чекистским блефом и не более того. Уровень доверия к Чулпан настолько огромный, а ее карма настолько чистая и светлая, что вряд ли нужно об это пачкаться. Если вы вне политики, так и будьте вне политики.

Объяснил им, что я, агитировавший за Путина 4 года назад, — тот яркий пример, который повторять не нужно. Вчера предложил фонду всяческую PR-поддержку. Я готов сотрудничать и делать перечисления, например, предложил перевести им деньги за мое выступление на ближайшем мастер-классе, так как с "Сити Классом" я с удовольствием работал в 2007–2008 году и деньги за участие всегда переводил на благотворительные цели… Но как же надо ТАК напугать людей, чтобы они отказались от благотворительных перечислений и от поддержки со стороны меня как со стороны бизнеса?"

"Обсуждать в данном случае мы должны не Хаматову, а путинскую камарилью, — считает издатель Андрей Мальгин. — Чекисты ведь детишками прикрываться привыкли, для них это дело обычное. Например, пытаясь обелить людоеда Дзержинского, нам говорят: он ведь помогал беспризорникам. А кто их сделал беспризорниками, кто посадил, разорил или уничтожил родителей этих сирот? Разве не тот же Дзержинский?

Задача Путина как главы государства и правительства не помогать фондам, подобным фонду Чулпан Хаматовой, а поддерживать в стране такой уровень здравоохранения, при котором необходимость в финансировании медицины благотворителями отпадет.

Особенно когда речь идет не о лечении насморка, а вопросах жизни и смерти, как в данном случае. Любой врач вам скажет, что в путинские годы системе здравоохранения был нанесен непоправимый ущерб, и особенно пострадала как раз педиатрия. При колоссальных бюджетных средствах, которыми располагает Россия, иметь такое здравоохранение постыдно. И еще более постыдно использовать свое служебное положение, позволяющее эти государственные средства направлять туда, где это выгодно для твоей личной избирательной кампании".

"То, что сегодня целый день показывают в новостях, — равносильно преступлению, — пишет журналист Ксения Ларина. — Кандидат в президенты, в разгар предвыборной кампании посещающий под телекамерами онкологическую клинику для детей, — циничная скотина без сердца и совести.

Смертельно больные дети стоят у них в одном ряду с коровами, матросами и ветеранами. Тот, кто придумал эту вакханалию милосердия, — идиот".

"С политтехнологической точки зрения ролик был не особо нужен, — пишет политолог Станислав Белковский, — но премьер всегда относился болезненно к проявлениям нелояльности со стороны друзей. И он хочет спросить: когда я помогаю — это прилично, а когда в ответ прошу немного помочь мне — ?...

Я всегда говорил и еще повторю: Путин — высокоморальный человек, если понимать под моралью "кодекс правил поведения в определенной социальной среде". Он не сдает и не предает. Примеров тому полно: Собчак, Ельцин, далее везде. Хотя с конъюнктурной точки зрения ему было выгодно сдать и Собчака, и Ельцина, и еще многих.

Единственный способ не переживать из-за дружбы с Путиным — это никогда не дружить с ним и не брать у него ничего.

И сможете спать спокойно. И ответите, наконец, себе на вопрос, который часто задавали мне: почему Путин тебя не уничтожил?"

"Если Чулпан действительно поддерживает Путина, у которого любой министр здравоохранения (от Зурабова до Леди арбидол Голиковой) миллиардер, но на лечение детей надо собирать пожертвования через "Подари жизнь" и другие фонды, то пусть записывает, что хочет, ни перед кем не объясняется и посылает любопытных к чертовой матери, — считает основатель сайта "Роспил" Алексей Навальный. — Если же ее действительно вынудили, то она, конечно, не имеет права молчать об этом. Если у власти в России будет стоять человек, который вынуждает записывать агитационные ролики в свою поддержку, шантажируя жизнями больных детей, то это нельзя скрывать. Об этом надо говорить ради этих самых детей. И здоровых, и больных".

"На условиях полной анонимности"... — высмеивает трусость сограждан журналист Дмитрий Шушарин. — Чего они боятся? Ведь грош цена всем заявлениям, если они анонимны. Вот что, господа анонимы. Вы более других виноваты в сложившейся ситуации. Больше Путина и всех его друзей.

Потому что хотите сидеть на всех стульях сразу. Но нет имени — нет человека. И нет правды.

"Мы все заложники", "Чулпан раздавлена". У Чулпан стокгольмский синдром, как и у всех этих якобы заложников. Не верю. Ни единому слову "на условиях анонимности" не верю.

Пока не будет публичного, ясного заявления, открытого заявления, Чулпан Хаматова будет считаться рядовым наемником в предвыборной кампании Путина. Никакого пафоса, никаких обвинений.

Просто вот так. Обидно это или не обидно — быть верным путинским солдатом, это уж второй вопрос. А я это говорю совершенно безоценочно и безэмоционально".

"С какой стороны ни посмотреть — никак я не могу ворчать на учительшу из козлодрищенской средней школы за то, что эта бедная женщина, с двумя детьми и старушкой-мамой, смогла поступиться принципами и что-то там такое на этом избирательном участке наколбасила. В ее случае альтернатива — волчий билет и скотское пособие, — пишет радиоведущий Владимир Варфоломеев. — Студента, которого родители поступили в институт на последние деньги, я тоже за участие в пропутинском митинге осудить не могу, потому что игра в рулетку "отчислят — не отчислят" — это не для 18-летнего мальчика. Тут итогом вполне может быть не раз опробованный подростками полет с крыши.

И дворников-гастарбайтеров взяли в заложники. Этих пугают отправкой на исторические родины, если что. Тоже можно понять — на родинах у них разруха, семеро по лавкам и, как говорится, полные вилы.

У нас сейчас, куда ни посмотри, везде одни заложники со своими по-настоящему сложными и драматическими жизненными обстоятельствами. У всех есть реальное оправдание тех поступков, которые они вынуждены совершать. И всех их, конечно, по-человечески дико жалко.

Так и будем жить дальше?"

Дмитрий Разин