Последовательность событий характеризуется одним словом: инверсия. Сначала президент Путин отдал приказ уничтожить неведомых, насколько я понимаю, убийц российских дипломатов в Ираке. Потом господин Миронов от имени Совета федерации намекнул, что если бы президент запросил индульгенцию на подобные действия, то получил бы ее, конечно же. А потом президент запросил эту индульгенцию, то есть внес в Совет федерации проект постановления о предоставлении права главе государства использовать вооруженные силы и спецназ для борьбы с терроризмом за рубежом. Считайте, что уже получил, не правда ли? Ну, осталось просто формально подмахнуть это постановление и вперед. Пустая формальность, но все же… Совершенно не считаясь с этими формальностями, глава ФСБ Николай Патрушев честно признается, что спецслужбы уже приступили к исполнению поручения президента. Это еще раз подтверждает, что жизнь в стране устроена так, что президент просто не может не получить того, о чем просит, даже персонального права выносить приговор и отдавать приказ о его приведении в исполнение. И господин Патрушев отлично это знает, так что фигли ему время-то тянуть.

Господин Миронов сказал, что президент не будет в этом своем праве ограничен по срокам. По методам, я так понимаю, он тоже не будет ограничен. Дальше возникает вопрос: правильно ли я поняла, что все приказы президента будут публичными – как тот, который сейчас выполняет господин Патрушев? Или о них будут ставиться в известность сенаторы, которые ему это право дали? Или сенаторы ему дали право, и остальное уже никого не касается, кроме лично господина президента и непосредственных исполнителей? В чем смысл-то постановления? Вот Яндарбиева грохнули на чужой территории без соответствующего на то права, а теперь грохнули бы по праву и по личному указанию президента, потому что президенту дали на то право, так? То есть никаких разговоров о том, что задержанные в Катаре россияне не причастны к убийству, больше не будет, потому что мы предупредили весь мир, что этих россиян мог туда послать только президент Российской Федерации, потому что только у него есть такое право.

ЦРУ занималось covert action, вот такими вот спецоперациями. С завидной регулярностью эта грязь вылезала наружу, в том числе и благодаря прессе, и принимались всяческие решения – типа, ЦРУ не имеет права на политические убийства. Обратите внимание: ЦРУ не имеет права. ЦРУ превысило полномочия, ЦРУ перестаралось во Вьетнаме с вьетконговцами и покрыло себя позором (операция "Феникс"), ЦРУ опозорилось на Кубе (операция в Заливе Свиней), ЦРУ неоднократно и безрезультатно пыталось убить Кастро. При президенте Буше ЦРУ также дали широкие полномочия, в том числе и на активные мероприятия за рубежом – во имя борьбы с террористами. Последний скандал – с тайными тюрьмами ЦРУ в Европе, созданными во имя, конечно же, борьбы с Аль-Каидой.

Спецоперации, которые вылезли наружу, стали страницами позора ЦРУ. Но право на них предоставлялось ЦРУ или отнималось у ЦРУ, а не президенту США. Это ЦРУ имело или не имело право в соответствии с инструкцией, резолюцией и прочей юридической документацией на тот или иной характер действий. У нас же это право предоставлено президенту. Таким образом, как я понимаю, президент будет нести полную ответственность за принятие решения, избранный метод действий и характер использование спецподразделений. Если ему дано такое право публично, то и отчитываться о своих действиях в этом направлении он будет публично? А если провал, и исполнители погибли или арестованы, то он будет снят со своего поста, как это случалось с директорами ЦРУ, или пойдет под суд?

Я слышу радостное рычание: вот теперь мы всех достанем как Моссад!!!! Мы отстреляем наших противников, как они отстреляли "Черный сентябрь"!!!! Ни фига подобного! Во-первых, если бы мы были как Моссад, то давно бы уже на собственной территории достали подонков, убивших куда большее количество наших сограждан, чем количество убиенных российских дипломатов в Ираке. И никакого специального постановления Совета федерации на сей счет не требуется. Во-вторых, спецоперация против "Черного сентября" была тайной от и до, и никакого легитимного права никакая Голда Мейер на это не просила, потому что государство в лице его руководства не имеет права просить санкцию на убийство. Государство имеет право объявлять войну, а подобные акции лежат вне правового поля. Поэтому когда принимается такое решение, оно принимается за плотно закрытыми дверями с точным осознанием того, что оно не легитимно. Поэтому-то исполнители – все – были с иностранными паспортами и с отличным знанием и опытом жизни за пределами Израиля, чтобы государство Израиль в случае чего тут было не при чем.

Президент Путин, получая легитимное право на убийство (лично президент, обратите внимание) выходит за рамки допустимого для руководителя страны. Он берет на себя часть – причем, весьма спорных – функций спецслужбы. Этот мужчина, который руководит вот уже шесть лет огромной страной, так и не понял, где кончается офицер разведки и начинается государственный деятель. Подобное смешение понятий и функций совершенно аморально. И разрушительно для общества, и без того не слишком здорового.

К тому же президента иногда несет, как вы уже заметили, думаю. Он, когда нервничает или раздражается, "мочит", "обрезает" и точно знает, что Байкалфинансгрупп – это серьезные ребята, а не фикция. Кто гарантирует, что имея возможность "законно" убивать, президент ограничится террористами. Есть люди, которых он не любит не меньше. Конечно, времена ледорубов – это из области фольклора, но, с другой стороны, россиянам так нравятся эти фольклорные времена, что кто его знает, куда эти новые полномочия президента его заведут… К тому же некоторых, наверное, легче "грохнуть" за границей, чем заполучить обратно на родину, как показал опыт. Хотелось бы понять, каким образом президент Путин будет ограничен в своем праве на спецоперации, которое ему обещано Советом федерации, и кто и как все же будет контролировать эту деликатную новую президентскую функцию. К тому же немаловажно, по какому принципу определяется круг лиц, подлежащих уничтожению, если, например, как в случае с дипломатами, точно не известно, кто именно убивал. Просто берем всю эту Моджахед Шуру и "убираем" по одному? Не менее интересно, намерен ли господин президент, принимая решение "уничтожить", согласовывать операцию с руководителями той страны, куда он собирается отправить вооруженные силы или спецназ.

Короче, мой основной вопрос: что меняется с предоставлением президенту формального права отдавать приказ об уничтожении, в том числе граждан других стран? Что меняется в сравнении с операцией против Яндарбиева, например? Только то, что президент теперь имеет право или что-то еще? Становится ли господин Путин, таким образом, господином Судоплатовым, который занимался как раз ровно этим в славном чекистском прошлом – уничтожал врагов революции (по тогдашним политическим меркам – террористов)? Несет ли господин Путин личную ответственность за исход операций? (Кстати, господину Судоплатову за его успехи на этом славном поприще пришлось все же посидеть в тюрьме после смены режима в Кремле). И последнее, почему этим, в общем, очень специальным и уж точно не президентским делом должен заниматься лично президент, если в стране есть некоторое количество спецслужб?

Первоисточник – Газета.RU

Наталия Ъ-Геворкян

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Уважаемые читатели!
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция